Читать книгу - "Смерть на Кикладах. Сборник детективов №4 - Сергей Изуграфов"

— Слушаюсь, господин старший инспектор!

Антонидис, склонившись над телом, внимательно осмотрел руки погибшего. Никаких признаков профессиональной деятельности: ни мозолей, ни порезов, ни ожогов. «Чистые руки, — отметил он про себя. — Даже холеные. Отличный маникюр. У меня такого не было уже много лет… Никаких следов ручного труда. Что за маскарад тогда с костюмом? Чей это комбинезон, где он его взял?» Старший инспектор невесело вздохнул: не успев начаться, дело стремительно запутывалось. Он какое-то время задумчиво смотрел на лежащее перед ним безжизненное тело, потом достал очередной чистый платок из кармана пиджака и промокнул лоб: солнце начинало ощутимо припекать.

— Вот что, сержант, — продолжил он рассуждать вслух. — Необходимо выяснить следующее: в замке Базеос или поблизости ведутся какие-либо строительные или реставрационные работы? Очень похоже, что спецодежда у него чужая, выдали на короткое время. Это может быть кто-то из технического персонала, обслуживающего спектакль. Возможно, приезжий. И еще, насколько мне известно, именно сегодня вечером должно быть большое представление.

— Совершенно верно!

— Боюсь, что представление придется отменить. Место преступления, все-таки. Поставьте ограждения, натяните ленту, вход ограничьте, чтобы никаких посторонних! Будут прорываться — грозите задержанием на месте и административным арестом на трое суток! Необходимо понять, что связывает убитого с замком, что он здесь делал? Понимаете? Найдите ответственного за постановку спектакля, я хочу с ним пообщаться. Но первым делом пришлите мне сюда смотрителя.

— Понял, господин старший инспектор! — с готовностью откликнулся сержант. — Я вызвал парамедиков, чтобы зафиксировать смерть, а потом уже отправить тело на вскрытие после того как вы его осмотрите. Они будут с минуты на минуту. Общие фото с места преступления я сделал, но, боюсь, они мало помогут. Также в проект протокола мною внесены и все замеры: расстояния от тела до стен и до главного здания. Хотя, к слову сказать, тело настолько далеко от них, что упасть с высоты и оказаться на середине двора он не мог никак. Не по воздуху же он летел! И нам потребуется фото для опознания, но фотографировать его в таком виде, сейчас… Я не решился, господин старший инспектор… Кто же опознает такой ужас?

Антонидис уже поднялся на ноги и задумчиво отряхнул руки. «Пожалуй, он прав, отложим фото для опознания до больницы. Впрочем, я так и собирался».

— Не теряйте времени, сержант. Я сам распоряжусь насчет вскрытия и переговорю с патологоанатомом. С фото тоже разберусь лично. Проект протокола попрошу мне на стол еще до обеда.

— Так точно, господин старший инспектор, — вытянулся Дусманис. — Разрешите исполнять?

— Действуйте, сержант, — кивнул старший инспектор, провожая подчиненного задумчивым взглядом.

Антонидис успел переговорить по телефону с патологоанатомом и договориться с капитаном Зервасом из портовой полиции насчет кинологов, прежде чем услышал у себя за спиной негромкое вежливое покашливание и обернулся.

Смотрителем замка Базеос оказался грек лет шестидесяти, невысокого роста, худощавый, если не сказать тощий, в темных брюках и толстом вязаном свитере с нашитыми кожаными налокотниками, протертыми от времени. Худое и вытянутое лицо, покрытое сеткой старческих склеротических жилок, было бледным, словно его владелец почти никогда не покидал толстых стен замка, куда не было доступа солнечным лучам. Через линзы очков в старомодной круглой оправе на старшего инспектора встревоженно смотрели неестественно огромные и, словно выцветшие от времени, голубые глаза с покрасневшими веками.

— Йоргос Дионисиади, — подойдя ближе, негромко представился мужчина с легким поклоном, — смотритель замка Базеос. Какое несчастье! И это именно в тот день, на который назначен спектакль! Неужели теперь все сорвется? Главное событие сезона… Какое несчастье!

— Теодорос Антонидис, старший инспектор уголовной полиции Наксоса, — в свою очередь вернул поклон полицейский. — Да, боюсь, что спектакль придется перенести на другую дату: сегодня здесь будет работать полиция. Я сам пообщаюсь с режиссером-постановщиком. Но об этом позже. Господин Дионисиади, давайте по порядку. Как давно вы служите здесь смотрителем?

— Больше тридцати лет, в декабре будет ровно тридцать три года.

— Кто еще работает на территории замка? Кто здесь бывает регулярно? Постарайтесь, пожалуйста, вспомнить всех.

— Так сразу, наверно, не получится… Есть представители владельца, это семья Базеос, как вы, наверное, знаете. Замечательные люди! Они приезжают с материка регулярно, как минимум, раз в месяц. Есть группа ученых-исследователей, которые занимаются реставрационными и восстановительными работами, есть непосредственно художники-реставраторы, есть декоратор… В конце концов, есть электрик, сантехник, плотник, он же столяр… Дочка моя бывает у меня в гостях, но очень редко, к сожалению… Господи, да кто же еще? Женщина привозит молоко и творог по вторникам. Ах, да, почтальон! Все они приезжают сюда в будние дни, кто из Хоры, а кто из соседних деревень. Постоянно здесь нахожусь только я. Служу безвылазно кем-то вроде сторожа и старого книжного червя. Вам нужно пофамильно? Если необходимо, я готов предоставить вам список. Но этот бедный мальчик… Он мне совершенно не знаком.

— Ясно. Если это вас не затруднит, это бы очень помогло следствию, — важно кивнул головой старший инспектор, внимательно выслушав собеседника. — Список можете передать моим подчиненным, они какое-то время здесь еще поработают. Вернемся к вам. За те тридцать с лишним лет, что вы здесь служите, подобное происходило? На территории замка были несчастные случаи? Кто-нибудь умирал? Так же внезапно?

— Что вы! Нет, никогда. При мне никогда ничего не случалось. Это же историческое здание, музей! У нас экспозиция венецианского быта, картинная галерея, ежегодные фестивали искусств… К нам, в большинстве своем, ходят образованные, интеллигентные люди! То, что произошло, просто какая-то дикость, я до сих пор не могу прийти в себя.

— Хорошо, — кивнул старший инспектор. — Давайте попытаемся восстановить ваше сегодняшнее утро в мельчайших деталях.

В этот момент во дворе форта-музея появились парамедики, их встретил сержант Дусманис. Санитары, переговариваясь вполголоса, уложили труп в черный пластиковый мешок, погрузили на носилки и вынесли за ворота, пока врач оформлял свидетельство о смерти. На том месте, где лежало тело, остался обведенный белым мелом контур.

— Может быть, нам удобнее будет переговорить в моем рабочем кабинете? — предложил Дионисиади, избегая смотреть в ту сторону. — Прошу вас, господин старший инспектор, пройдемте внутрь, там значительно прохладнее, — добавил он, заметив регулярные манипуляции старшего инспектора с носовым платком.

Антонидис несколько смущенно поблагодарил внимательного смотрителя, и они вдвоем, поднявшись по каменным ступенькам овальной формы, прошли внутрь здания.

Смотритель шел впереди, открывая и придерживая за собой тяжелые деревянные двери.

— Прошу направо! — вскоре пригласил он, толкнув на этот раз низенькую дверцу в небольшое помещение со сводчатым потолком и белеными стенами, которое скорее можно было назвать кельей, где и был